Вход на сайт

Логин *
Пароль *
Запомнить

Создать аккаунт

Поля помеченые(*) обязательны к заполнению.
Имя *
Логин *
Пароль *
Еще раз пароль *
Email *
Еще раз email *
Капча *
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 [0 Голоса (ов)]


У меня в саду растет боярышник кроваво-красный. Удивительное хочу я вам сказать растение, с очень вкусными (как мне кажется) плодами.
А удивительное потому, что не понятно, от кого защищаясь, имеет вот такие страшные, очень жесткие шипы.


В результате, имея такую защиту, ягоды остаются висеть на дереве достаточно долго, ни одна птичка к ним не приближается.


Секретик поддержания здоровья с помощью настойки из боярышника только наполовину мой. Я произвожу продукт, а принимает моя давняя хорошая знакомая. У нее ягода эта не растет, а по сему я по её просьбе готовлю каждый год настойку (по её рецепту, которую она принимает для нормализации повышенного артериального давления).

Готовится настойка следующим образом. На пол-литра водки нужно взять 50 шт. боярышника (10 ягод на 100 мл). Ягоды хорошо промыть, обсушить, очистить от лишнего мусора, наколоть каждую ягодку деревянной зубочисткой в нескольких местах и сложить в высокую бутылку (у меня литровая от сока). Залить водкой и поставить в темное место на две недели. Каждый день (утром и вечером) бутылку нужно встряхивать. 
Через две недели настойку нужно процедить и можно принимать. 
Принимать нужно так: по 30 капель утром и вечером после еды в течении месяца, потом три недели перерыв, и так три курса.
Не зря, мне кажется, боярышник называют сердечной ягодой!

Источник: https://7dach.ru/recepty/MeryKon/ne-pem-a-lechimsya-boyarkina-yagoda-na-sluzhbe-zdorovyu-209780.html?utm_source=grf-eng&utm_medium=partner&utm_campaign=giraff.io
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 [0 Голоса (ов)]

Иногда можно скрыть или отреставрировать свое плохое здоровье с помощью декоративной косметики. Но на такой обман покупаются только неспециалисты.

Диетолог российских звезд, врач персонифицированной медицины, кандидат медицинских наук, профессор кафедры Федерального медико-биологического агентства России Маргарита Королева может определить самочувствие человека по его внешнему виду. Для установки диагноза ей даже не всегда необходимо с ним общаться.

- Конечно, избыточный вес человека является стартовой площадкой для огромного комплекса заболеваний: сердечнососудистых проблем, нарушений углеводного обмена и метаболических процессов на разных уровнях. Если у человека отечное лицо, пастозные глаза, бледная кожа, можно предположить у него гипофункцию щитовидной железы или нарушение функций почек.

Тусклые и редкие волосы в совокупности с избыточным весом также являются признаками гипофункции щитовидной железы.

Очень тревожный признак неполадок со здоровьем – отечные ноги. Он указывает на проблемы со стороны сердечнососудистой и почечной систем.

Не стоит пугаться, если поверхность ногтей неровная, рельефная. Скорее всего, вашему организму давно не хватает минеральных витаминов, в частности кальция. Но желтые склеры и на ногтях, и в глазах указывают на проблемы с печенью, говорят о застоях желчи.

Очень неприятные звоночки раздаются тем, у кого на коленях и локтях наблюдается гиперпигментация. Это свидетельствует о нарушении углеводного обмена в человеческом организме и склонности к сахарному диабету.

Изучая себя по утрам в зеркале, человек сам приходит нередко к неутешительным выводам. Опасения свои лучше, не откладывая на долго, перепроверить у специалиста. Источник



1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 [0 Голоса (ов)]
Что делать с подростком, если кончились воспитательные методики, а ситуация окончательно зашла в тупик? Известный петербургский психолог Екатерина Мурашова рассказывает об этом в своей новой книге «Дети взрослым не игрушки».

Два шага назад!

В своих материалах и комментариях к ним я, несомненно, об этом уже упоминала. И, кажется, даже не один раз. Но, возможно, была не особенно внятна. И это было «когда-то». А прямо сейчас ко мне то и дело обращаются семьи с похожи­ми комплексами проблем, которые отчаявшимся родителям кажутся нерешаемыми. И «к психологам» они, как правило, обращались не один раз, и «ничего нам не помогло». Но об­ращение к психологу само по себе и не может помочь в таких ситуациях, когда вся семья должна много и довольно долго работать на разрешение проблемы. Тем паче что эти обра­щения сознательно или бессознательно формулируются ро­дителями начиная с оборота «скажите, пожалуйста, как нам сделать так (или даже «сделайте так»), чтобы он… (перестал хамить, начал учиться, не сидел постоянно у компьютера и т.д.)». То есть сразу первая (и роковая) ошибка: обращение направлено на «кого-то». Это «он» или «она» должен изменить­ся. Но мы (каждый из нас) не можем изменить никого. Только себя. Но когда мы меняемся, все вокруг нас тоже меняется. Точно неизвестно как, но меняется неизбежно.

Поэтому я попробую еще раз. Подробно и по порядку. Во-первых, откуда название?

Когда я была маленькой, в нашем «дворе объедков» в са­мом центре Ленинграда каждый день на много часов соби­рался и как-то внутри себя взаимодействовал довольно раз­ношерстный детский коллектив. Дети были 1) разного возра­ста (от 6-ти до 16-ти); 2) из семей разного достатка и разных «уровней интеллигентности»; 3) разные по национальности, воспитанию, умственному развитию; 4) с разными темпера­ментами и степенью агрессивности. Далеко не все дети лю­били друг друга или даже относились нейтрально. Многие кого-то недолюбливали, а некоторые так и прямо враждовали между собой. Но двор у нас был на всех один, кроме врагов, в нем играли друзья и приятели, и пойти «после школы» ку­да-то еще (или тупо сидеть дома) было просто невозможно — вся детская внешкольная социальная жизнь протекала внизу, прямо под окнами. Существовали еще два «соседних двора», но там были свои коллективы, с которыми у «нашего двора» были отдельные, достаточно ксенофобические отношения.

Перечисленных пунктов, я думаю, достаточно, чтобы понять: конфликтов при детском дворовом взаимодействии возникало множество, и самых разных.

Часть из них разрешалась быстро и сразу, без всякого вмешательства со стороны. Кто-то обиделся и ушел (до за­втра), кого-то согласно выгнали из игры за нарушение правил, кто-то кого-то стукнул, а потом помирились и играют дальше. Кто-то с кем-то «раздружился на всю жизнь» (опять же до по­недельника). Потом образовались две временные, враждую­щие и не общающиеся друг с другом коалиции, разрушенные через неделю или месяц чьим-то «предательством» или двумя «перебежчиками».

Все это, описанное выше, похоже на жизнь обычной се­мьи, не правда ли? Разные возраста, характеры, в одном пространстве, далеко не все и не всегда сгорают от любви друг к другу… Ну и по времени также, если не больше: мы же про­водили во дворе, в тесном межличностном взаимодействии по четыре-семь часов в день. А сколько часов в день вы плотно общаетесь не со своим гаджетом, а со своими домашними?

Где-то у меня были результаты моего же собственного эксперимента: среднее время общения родителей со своими детьми-подростками (в благополучных семьях!) — одинна­дцать минут в день.

Могу сказать за себя: два-три раза в неделю по часу с деть­ми и мамой — по телефону, около часа в день лично — с мужем. Еще около двух часов в день — с собакой, сурикатом и прочей живностью. Во дворе своего детства — вот ей-же-ей — я об­щалась гораздо больше.



Иногда (и не сказать чтоб очень редко) в этом дворе за­кручивался спиральный узел общего и нерешаемого на вид конфликта. Все орут, кто-то кого-то валтузит, кто-то пытается их растащить, кто-то уже размазывает юшку по физиономии, в воздухе висят оскорбления по национальному признаку, оценки уровней умственного и физического развития про­тивников и обещания сношений в особо извращенной форме.

И вот в этом-то случае неформальные лидеры двора (обычно это были два-три старших подростка, один из них по­чти всегда во дворе присутствовал в качестве «смотрящего») применяли методику, о которой я веду речь. Они несколько раз особым образом хлопали в ладоши (согнутые чашечкой ладони, получается очень громко, что-то вроде акустического удара) и дико орали: «Все! Сделали! Два! Шага назад!» Задача услышавшего этот призыв была проста. Нужно было немед­ленно прекратить то, что ты делаешь (бить, вопить, отнимать, растаскивать и т. д.), поднять голову, мысленно оценить, где центр потасовки, и от этого центра два раза шагнуть или от­ползти на адекватное двум шагам расстояние (если уже ле­жишь) . Если кто-то призыва не услышал (не захотел ему по­следовать) и продолжал агрессировать, то он моментально оказывался в вакууме (например, молотящим кулаками воз­дух) и тоже, конечно, прекращал — выглядеть невменяемым дураком никому не хочется даже в детстве.

На некоторое время (обычно минута-две) сцена замирала. Кто-то выдыхал, кто-то оглядывался удивленно, кто-то всхли­пывал, кто-то медленно поднимался с асфальта и отряхивал пальто и рейтузы, кто-то продолжал беззвучно бормотать ос­корбления или оправдания себе под нос. Потом лидеры двора шли между замершими фигурами и разбирались (признаю, очень поверхностно — главная их задача была все-таки в оста­новке конфликта, а не в психологическом анализе ситуации): «Это твой мяч? Ты его даешь в общее пользование? Не да­ешь? Тогда вот забирай его и уходи. Это ее битка? Отдай ей! Кто тебе очки разбил? Не видел? И нечего было в очках в кучу-малу соваться! Иди сейчас домой, скажи, с качелей упал…»

Ну и? — спросит читатель. Все это, конечно, мило-этнографично, даже где-то ностальгично, и немного жалко, что се­годня дворов вашего ленинградского детства нет и в помине, а есть только паблики «Вконтакте» и френдлента в «Фейсбуке». Но какое отношение все это имеет к тому, что мой ребенок меня ни в грош не ставит, хамит мне ежедневно, бабушку, которая его вырастила, недавно матом послал и школу про­гуливает, сидя за компьютером по ночам?

Никакого не имеет, если у вас опять — «сделайте так, чтобы он…».

А вот если «делаю я» — тогда самое прямое отношение. Я не знаю, что вы там у себя в семье делали и делаете сейчас, но ситуация однозначно зашла в тупик. Вы уже тысячу раз ему объясняли, «разговаривали по-хорошему», пытались догово­риться и даже по совету какого-то психолога «писали договор и вешали его на стенке» (там было про то, что он каждый день выносит мусор, делает уроки и сидит в компьютере не больше двух часов в день). Однажды вы не выдержали и разбили его телефон об стенку, а он швырнул в вас стаканчиком с каран­дашами. Все бесполезно! Ничего не помогает!

Тогда и именно тогда — «методика двух шагов» со двора моего детства.

— Ситуация зашла в тупик! — признаете и объявляете вы. — Я делал(а) то и это, и оно не помогает — и все мы это видим! Становится только хуже и хуже! Поэтому я для начала просто прекращаю делать все то, что делал (а). Явочным порядком, просто договорившись со всеми взрослыми членами семьи (они наверняка устали от конфликтов не меньше вашего). А ребенка честно проинформировав: не могу больше! Исчер­палась. Устала. Все. Все! Сделали! Два! Шага назад!

Водили до школы под конвоем — перестали водить. Тре­бовали по вечерам показать дневник — не требуем. Отнимали гаджет — не отнимаем. Давали гаджет в обмен на что-то — перестали давать. Орали каждый вечер — перестали орать. Поднимали в школу ведром холодной воды на голову — пе­рестали поднимать. Ласково уговаривали — перестали угова­ривать. Никогда не говорили о чувствах — начали говорить (не ему, в пространство). Задолбали всех своими чувствами — заткнитесь. Простая закономерность: перестали делать все то, что делали на этом поле до того. В пределе:

— Доброе утро, Петенька!

— Спокойной ночи, Петенька!

И все.

Назначили себе (и всем остальным) срок: две, три недели.

Вы (и остальные домашние) в эти недели просто отды­хаете. Встаете с асфальта, оглядываетесь, отряхиваете пальто, вытираете юшку. Разговаривать при этом «о природе, погоде и видах на урожай», разумеется, можно. Если ребенок сам вы­шел на вас с вопросом или проблемой — принять, четко и ко­ротко ответить. Если вопрос: купи мне восьмой айфон, — от­вет: не куплю (это в ваших силах). Если вопрос: можно я поеду к друзьям на дачу с ночевкой? — ответ: я бы не хотела, чтобы ты ехал, но насильно задержать тебя физически не могу (это не в ваших силах), а орать и конфликтовать у меня больше нет сил, решай. Если решение принято в вашу пользу, не за­будьте дать положительную обратную связь — шансы есть, ребенку, подростку ведь тоже хочется удержать, закрепить больше чем на две недели непривычное бесконфликтное су­ществование.

Вот и вся методика.

Сама по себе она не решает ника­ких проблем, но она реально позволяет разорвать «порочный круг» самовоспроизводящихся, изнуряющих и не ведущих ни к чему конструктивному семейных конфликтов.

Но, отдыхая от конфликтов, умственно вы, конечно, ра­ботаете. За эти три недели вам (и домашним) надо сформи­ровать план: как жить дальше? Причем план должен быть на все время, оставшееся до взросления ребенка. Если ему, например, сейчас 14 лет и он учится на твердое два, то план— «до армии», на четыре года. Понять для себя: что вы делаете и чего не делаете? И еще раз: там, в этом плане, нет ничего про «он должен», там есть только то, что делаете вы (и дру­гие родственники). Например: если ты учишься в технику­ме, мы кормим тебя до его окончания. А если не учишься, то в 16 лет даем паспорт в зубы, и идешь устраиваться на ра­боту. Устраиваешься, живем мирно, как взрослые люди, — все нормально, хотя мы, конечно, за образование и всячески будем способствовать, если ты соберешься. Если на работу не устраиваешься, мы минимально кормим (без оплаты ин­тернета) до восемнадцати и до тех пор, пока не сумеем раз­менять квартиру и выделить тебе комнату. Дальше уезжаешь туда, и встречаемся по-американски, на рождественскую ин­дейку. Любая попытка как-то нормально обустроиться в жиз­ни: работа, учеба и т. д. — можешь рассчитывать на нашу все­мерную поддержку.

Или любой другой удобный и выполнимый для вас (се­мьи) план.

Например: да делай ты что хочешь, пока жива, буду тебе по утрам кофе в постель приносить и гаджет включать, а как помру, уж сам обустраивайся, я все равно этого не увижу.

Самое главное — потом вы реально делаете то, что запланировали и о чем честно сообщили ребенку. Если вы сомневаетесь, что сможете сделать то или иное, план изна­чально должен быть другим. Только то, в реальности и испол­нимости чего вы не сомневаетесь. Источник


1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 [0 Голоса (ов)]
Нодья - вид костра, который горит очень долго, более 10 часов, без подкладывания дров. Кроме минимума усилий для поддержания костра, он требует тщательной предварительной подготовки. Просто руками, без инструментов его сложно, наверно, даже невозможно, сделать.



Записано по памяти, возможны неточности, что позабыл.

Ходил с друзьями в поход по Крымским лесам. Было лето и запланировали выход в субботу, ночевка, и возвращение в воскресенье. Набрали провизии, палатку, кое-какие инструменты и двинулись в путь четверо друзей в поход, на природу.

Жил я в то время в Гурзуфе, ориентировочно знал район, трудностей ничего не предвещало. Вышли с утра, погуляли по лесу, спокойно поднялись ввысь, делали привалы с перекусами и вот ближе к вечеру, около 19.00 вечера, вдалеке увидали костер. Решено было подойти к нему и познакомится с теми, кто его развел.

Подойдя ближе выяснилось, что костра там было два вида. Один обычный, на нем готовили ужин и второй, поодаль, который назывался "нодья", как выяснилось позже. Компания там оказалась большая, около двадцати человек, запланированный поход с инструктором. Миша, так звали мужичка лет 45, который рассказывал впоследствии об этом, невиданном ранее мне, виде костра. Сам он из небольшой деревушки под Красноярском, любитель походов, бывал в долгих походах по Сибири, в Карелии частый гость, мне довелось встретиться с ним в Крыму.

Нодья требует предварительной подготовки. Два бревна приблизительно равные по размеру, ложатся друг на друга, по длине они должны быть в рост человека, т.к. такой костер используется для обогрева ночью, когда он спит. Диаметр бревна не менее 30 сантиметров, требуется сухие бревна, сырая древесина категорически не подойдет. Трудоемкая предварительная организация такого вида костра компенсируется тем, что требует минимальных усилий для поддержания тепла, огонь горит равномерно вдоль бревен. Еловая древесина не подойдет, потому как при сгорании стреляет. Обработать от сучков стороны, что соприкасаются друг с другом. Дядя Миша, как я стал его называть, с помощью палки организовал равновесие верхнего бревна еще до моего прихода. Мне рассказал, что можно вбить четыре клина в землю по концам бревен, они будут удерживать верхнее от падения. Благодаря такой конструкции и толщине бревна, "Нодья" способна гореть более 10 часов. Для приговления еды он не очень удобен, используется для обогрева.



Как оказалось эту "Нодью" Миша зажег для спора, кто-то не поверил, что костер может гореть так долго без подкидывания дров. Я ему помог окопать костер, чтоб не загорелось что вокруг случайно, а Миша мне рассказывал свои истории. Про Сибирь, про его походы, как спал один в -30°C и еще много каких интересных.

Вахтовые менялись каждые два часа на протяжении всей ночи, которые следили за всем происходящим в лагере. Я проснулся около семи утра, а уже в пол восьмого с друзьями прощались с компанией, которая нас приютила на ночлег. Последним попрощался с дядей Мишей, пожелал ему здоровья и веселых путешествий в дальнейшем. А его "Нодья" все еще горела... Источник



1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 [0 Голоса (ов)]